Врач у конвейера. Результат оптимизации – полный провал

Я – врач с почти 60-летним стажем и не могу спокойно наблюдать за тем, к каким плачевным резуль­татам приводит неуклюжая и не до конца продуманная реформа отечественной медицины.

Недавно мне самой пришлось обра­титься за помощью в поликлинику. Врач ни разу не взглянул мне в глаза, не при­тронулся ко мне стетоскопом, не изме­рил давление, не сделал ничего того, к чему мы все привыкли за прошлые годы. Глядя на экран компьютера, задал несколько вопросов и выписал рецепт.

Впрочем, винить коллегу, видимо, не стоит: у него норматив, как у тока­ря, который за смену должен выпустить определённое количество продукции.

А то, что люди разные и приходят к вра­чу с разными проблемами, в расчёт не принимается.

Впрочем, эпизод, который я опи­сала, – мелочь по сравнению с теми проблемами, которыми нас «одари­ла» реформа.

Итоги реформы плачевны. Это и катастрофическое ослабление контроля качества меди­цинских услуг, и разительный перепад уровней квалификации медперсонала в разных регионах, и массовые увольне­ния, вызванные мерами по укрупнению и слиянию медицинских учреждений, и многое-многое другое.

В результате доступ россиян к высококачественной медицинской помощи, который декла­рировался как одна из главных целей реформ, стал практически недостижи­мым для людей с низкими доходами. А таких у нас, увы, большинство.

Авторы реформ утверждают, что вра­чи теперь стали больше зарабатывать, но ни для кого не секрет, что повы­шение зарплат достигнуто благода­ря сокращению штатов и ухудшению условий труда. Чтобы больше зарабо­тать, врачи берут по 3–4 ставки, хотя по закону могут совмещать только пол­торы, и работают по 12 часов и более.

Большие неудобства создала так называемая филиализация поликлини­ческой службы. Теперь, если пациенту необходимо сделать анализ, он должен получить направление (если только врач общей практики не поленится его дать) и с этим направлением отправить­ся в другой филиал, который зачастую находится довольно далеко (и это про­сто чтобы сдать анализы!). А если необ­ходимо более сложное обследование, скажем, КТ или МРТ, гастроскопия, ультразвуковая диагностика, то ино­гда приходится ждать записи и месяц. Многие узкие специалисты в филиалах просто-напросто отсутствуют.

Почти сошла на нет физиотерапев­тическая помощь. Совершенно игно­рируется тот неоспоримый факт, что физиотерапия помогает людям вос­становиться после тяжёлых операций, травм, инсульта и т.д. Такая же неле­пость наблюдается и со стационарным лечением терапевтических больных после хирургического вмешательства: три-четыре дня – и пожалуйте домой.

Как понять и принять то, что опыт­ных врачей увольняют, а на их место ставят молодых врачей общей практи­ки, которые, в теории, должны владеть знаниями и терапевта, и офтальмолога, и ЛОРа, и гинеколога, и проктолога, а на практике лишь измеряют артериаль­ное давление (зачастую через одежду). Почему, если у человека болит горло, он сначала должен записаться к врачу общей практики (в среднем на это уйдёт 2–3 дня), а после этого ждать очереди к отоларингологу (ещё 2–3 дня)?

Словом, куда ни кинь – всюду клин. Так ради чего тогда был затеян весь этот сыр-бор? Почему надо было всё ломать и переделывать, не лучше ли было при­вести в соответствие с реалиями вре­мени то, что верой и правдой служи­ло людям на протяжении многих лет?

А именно – разработанную в 30-е годы прошлого столетия академиком Семаш­ко систему здравоохранения, которую признали во всём мире и которую взяли на вооружение многие западные стра­ны. Эта система отлично работала у нас до конца 80-х годов прошлого века. Моя внучка родилась без тазобедренного сустава, и пять лет совершенно бес­платно её лечили в Филатовской боль­нице и вылечили, она стала здоровым человеком и счастливой мамой. Разве можно не ценить такое?

Нынче, говорят, надо экономить и по одёжке протягивать ножки. Но давайте взглянем на Кубу, страну, возможности которой просто несопоставимы с рос­сийскими. И что же мы увидим? Кубин­ская система здравоохранения органи­зована таким образом, что позволяет предотвращать заболевания до того, как они войдут в запущенную стадию и потребуют операции или иного доро­гостоящего лечения. А если дело до этого всё же доходит, все операции гражданам Кубы делаются бесплатно. Там на тыся­чу человек приходится восемь врачей. У каждого кубинца есть свой семейный врач, который осуществляет первичное медицинское обслуживание и в случае необходимости направляет пациента к узкому специалисту либо в стацио­нар. Благодаря всему этому, благодаря единой системе здравоохранения про­должительность жизни на Кубе состав­ляет 76 лет (по другим данным, 79 лет – больше, чем в США), это один из самых высоких показателей на планете.

Впечатляет, не правда ли? А ведь в основе всех достижений медицины Кубы лежит всё та же советская систе­ма здравоохранения, разработанная Семашко. И она прекрасно работает в этой стране. И никто здесь не прово­дит медицинских реформ по той простой причине, что от добра добра не ищут.

Проведите эксперимент, расспроси­те своих знакомых, как они относятся к новациям в области медицины и здра­воохранения, удобнее ли им стало жить и лечиться? Я это сделала, и ни одного, подчёркиваю, ни одного положитель­ного отзыва ни от кого не услышала. Впрочем, тут я не совсем права – все москвичи отмечали, что единая запись по телефону и через интернет очень удобна и хорошо работает. Но по всем другим параметрам – одни лишь резко отрицательные отзывы.

Причём так думают не только рядо­вые пациенты, но и специалисты. Мно­гие из них полагают, что проводимая реформа преследует две цели. Во-пер­вых, сохранение на низком уровне рас­ходов на здравоохранение (у нас они и так в отношении доли ВВП в два раза ниже, чем даже в странах Восточной Европы). Во-вторых, жёстко расчища­ют место для коммерческой медицины. По итогам 2016 г. на частные клиники приходилось только 1,1% расходов ОМС, сегодня доля частных клиник в системе ОМС достигает 30%. Наиболее крупные сегменты платной медицины – стома­тология, диагностика, гинекология, урология и косметология.

По данным ВЦИОМ, деградацию оте­чественной медицины жители нашей страны считают одной из трёх наиболее острых проблем страны (после низко­го качества жизни и слабой экономи­ки).

Доля государственных расходов на здравоохранение на душу населения в России в 3,2 раза меньше, чем в запад­ноевропейских странах. По показателю ожидаемой продолжительности жизни Россия занимает 110-е место в мире. Особенно тревожна ситуация со смерт­ностью мужчин в трудоспособном воз­расте. По данным Всемирной органи­зации здравоохранения (ВОЗ), показа­тель вероятности умереть для мужчин в возрасте от 15 до 60 лет в России почти в два раза превышает среднеевропей­ский показатель. Лишь в 18 африкан­ских странах и Сирии этот показатель выше, чем в России.

В 2000–2015 годах количество боль­ниц в России сократилось в два раза, с 10,7 тыс. до 5,4 тыс., а количество больничных коек – в среднем на 27,5% (в сельской местности – почти на 40%). За 2000–2015 годы число осложнений при беременности и родах увеличилось на 39,1%, выявленные новообразова­ния – на 35,7%, заболевания системы кровообращения – на 82,5%.

Итак, подходим к главному: что же нам делать в сложившейся ситуации? Когда я говорю «нам», то имею в виду и врачей, и организаторов здравоохра­нения, и всех потребителей медицин­ских услуг. Настоящие и честные вра­чи видят и понимают, как в итоге всё это скажется на здоровье и самочув­ствии не только ныне живущих людей, но и наших потомков.

У нас есть толь­ко один способ бороться с нынешними перекосами – это созыв внеочередно­го Национального съезда врачей (а не генералов от медицины) и обсуждение этой проблемы с высокой профессио­нальной трибуны.

Напомню, что пер­вый такой съезд в истории современ­ной России прошёл 5 октября 2012 года, и он был третьим за всю историю нашей страны после I Всесоюзного съезда вра­чей в декабре 1925 года и Всесоюзно­го съезда врачей в октябре 1988 года. Именно на таком съезде может состо­яться требовательный и честный разго­вор о положении дел в отечественном здравоохранении, врачи смогут трезво оценить результаты проводимой меди­цинской реформы и внести в них необ­ходимые коррективы.

И власть обязательно прислушает­ся – не может не прислушаться! Нет и не должно быть места равнодушию, когда речь идёт о здоровье целого наро­да и его потомства.

Тамара Никольская – офтальмолог, врач высшей категории.

По материалам «Литературной газеты».

Почему 100-километровая дорога Майя считается инженерным чудом?

За всю историю на нашей планете существовало огромное множество цивилизаций, но самой интересной из них считается Майя. В то время как многие другие народы исчезли из-за природных катаклизмов, тайна гибели цивилизации Майя до сих пор остается неизвестной. Тем не менее ученые постоянно изучают ее историю и недавно они раскрыли секрет 100-километровой дороги, которая была проложена около 1300 лет назад.

Впервые о ее существовании стало известно в 1930-е годы и считалось, что этот древний путь является идеально прямым.

Однако, в ходе дальнейшего изучения выяснилось, что эта дорога имеет несколько поворотов и когда-то давно соединяла несколько поселений. Но зачем эта дорога была построена и почему она считается инженерным чудом?

САМАЯ ДЛИННАЯ ДОРОГА МАЙЯ

О новом открытии археологов было рассказано в научном издании Journal of Archaeological Science. Так называемая «Великая белая дорога» длиной более 100 километров и шириной около 8 метров, тысячи лет назад соединяла один из главных городов майя Коба с небольшим поселением Яксуна. По мнению исследователей, путь был проложен по приказу правительницы Кавиил Аджо, чтобы завоевать Яксуну и впоследствии противостоять силам империи Чичен-Ица. Ранее считалось, что эта дорога была прямой, но недавно археологи смогли изучить части пути, скрытым под покровами джунглей. Оказалось, что она была извилистой и затрагивала другие небольшие поселения на пути к Яксуне. Скорее всего, это было необходимо по стратегическим соображениям.

Так «Великая белая дорога» выглядит сверху, но большая ее часть скрыта за джунглями

УДИВИТЕЛЬНЫЕ СООРУЖЕНИЯ ЦИВИЛИЗАЦИИ МАЙЯ

Археологи считают «великую белую дорогу» инженерным чудом сразу по нескольким причинам. Во-первых, она была сделала из камня и покрыта штукатуркой, которая, по мнению ученых, могла светиться в темноте. Во-вторых, путь был проложен на рельефной местности с ямами и оврагами, но поверхность самой дороги была идеально ровной. Считается, что неровности дороги заполнялись землей и известняковыми валунами. В общем, проложенная дорога не менее удивительна, чем монументальные пирамиды Майя.

Пирамиды майя являются поистине инженерным чудом

По словам руководителя исследования Трейси Ардрен, проложенная дорога будто бы была маяком, находящимся среди кукурузных полей и фруктовых деревьев. К сожалению, на данный момент большая часть дорога скрыта под густыми джунглями. А вот тысячи лет назад больших деревьев на этой территории не было, потому что цивилизация постоянно нуждалась в древесине для постройки сооружений и срубала их. К тому же, древесина требовалась для сжигания известняка, который впоследствии смешивался с водой для изготовления штукатурки.

Известно, что примерно таким же методом изготовления штукатурки пользовались и древние римляне

Также ученые выяснили, что через каждые 8 километров пути воины и обычные путники могли отдохнуть на специальных площадках. Как правило, такое расстояние люди могли преодолевать примерно за сутки, так что для перемещения между населенными пунктами им могло требоваться по несколько дней. Но благодаря проложенному маршруту воины могли справиться с задачей намного быстрее и легче.

Результаты проведенного исследования можно считать очередным доказательством того, что цивилизация майя обладала удивительными знаниями. Ученым уже известно, что они хорошо знали математику и астрономию, а также умели проводить сложные хирургические операции. Побольше об этом народе можно узнать из документального фильма «Майя. Рождение легенды», в котором подается только научно подтвержденная информация о древней цивилизации.

Будущее по-европейски - мир без здравого смысла

Загружается...

Популярное в

))}
Loading...
наверх