Любопытные ответы на вопросы читателей Wall Street Journal

Специалист в области поведенческой экономики Дэн Ариели ответил на вопросы читателей Wall Street Journal. В своей книге «Исчезающие носки, новогодние обещания и еще 97 загадок бытия» он рассуждает о любви и милосердии, приеме на работу и соцсетях. Как заставить человека бросить курить, как попросить друга вернуть долг, почему женщины так любят бриллианты, как заставить себя убраться дома? В книге вы найдете остроумные ответы от А до Я на 100 житейских вопросов. А сейчас — несколько из них:

Об искусстве и удовольствии говорить «нет»

Иллюстрация из книги

Дорогой Дэн, недавно я получила повышение, и теперь меня донимают всевозможными просьбами, не имеющими ничего общего с моими непосредственными обязанностями.

Я признаю, что важно помогать сотрудникам и компании, но вся эта деятельность отнимает у меня слишком много времени и не позволяет выполнять собственные дела. Как же мне лучше определить свои приоритеты?

Франческа

О да, вот они, подводные камни успеха. «Повышение» всегда зву­чит хорошо, но, получив его, мы часто понимаем, что оно сопряжено с увеличением требований и претензий. Итак, вернемся к вопросу. Вот как я представляю себе твою новую жизнь: каждый день милый сотрудник, нуждающийся в помощи, просит тебя сделать что-­то для него. Кроме того, обычно такая просьба обращена в некоторое будущее, например на следующий месяц.

Ты смотришь в свой календарь, а он выглядит вполне свободным, и го­воришь себе: «Раз уж я практически не занята, как я могу отказать?» Но это не так. Твой будущий график не будет свободным, просто его де­тали еще неизвестны. А когда момент настанет, у тебя окажется бью­щий через край поток всевозможных дел даже при отсутствии посто­ронних просьб. И тогда ты пожалеешь, что согласилась. Это очень распространенная проблема, и я хотел бы предложить три простых инструмента для того, чтобы лучше расставлять прио­ритеты.

Во-­первых, всякий раз, услышав просьбу, спроси себя, что бы ты делала, если бы она касалась следующей недели. Посмотри свое рас­писание и прикинь, реально ли отказаться от части обязанностей, чтобы освободить место для новой задачи. Если ты отменишь некото­рые дела, действуй и отвечай «да». Но если ты отдашь предпочтение чему-­то другому, скажи «нет».

Во­-вторых, когда ты выслушиваешь просьбу, представь, что ты заглядываешь в календарь, чтобы посмотреть, сможешь ли ты ее выполнить, и обнаруживаешь, что все время заполнено под завяз­ку и в этот день ты не в силах ничего отменить, может, тебя даже нет в городе. И попробуй оценить свою эмоциональную реакцию на эту новость. Если ты огорчена, значит, вперед — соглашайся. Если испы­тываешь облегчение — отказывайся.

И наконец, научись чувствовать восторг, который мы порой испы­тываем, когда что-то отменяется. Для этого представь себе, что ты со­гласилась выполнить конкретную просьбу, но позже она отменилась. Если ты обрадуешься, то ответ очевиден.

О пользе жалоб

Иллюстрация из книги

Дорогой Дэн, недавно я встретилась со старой подругой, которую не видела много лет. Я с нетерпением ждала нашего совместного ланча, но осталась крайне разочарованной . Больше двух часов я выслушивала от нее сплошные жалобы, главным образом на ее мужа, с некоторыми отступлениями на сетования по поводу ее детей. Это была тяжелая депрессивная встреча, и у меня осталось тягостное впечатление от подруги, меня самой и проведенного времени. Зачем люди так много жалуются? Неужели подруга действительно думала, что это лучший способ провести время со старой знакомой?

Андреа

Люди ноют по нескольким причинам, и интересно и полезно выяс­нить конкретные мотивы жалоб наших друзей. Главная причина со­стоит в том, что страдания часто помогают нам стать ближе друг к другу. Представь, что ты встречаешь подругу и либо рассказыва­ешь ей, как трудно тебе пришлось с мужем и детьми прошлым вече­ром, либо же подробно описываешь ей свою замечательную семью и ощущение счастья, которое ты испытала вчера.

При каких обстоя­тельствах твоя подруга полюбит тебя больше и будет откровенничать в ответ? А в каком случае ты почувствуешь бÓльшую близость в конце встречи? Бьюсь об заклад, что это произойдет в ситуации жалобы.

Другое важное основание для жалоб заключается в том, что мы ча­сто надеемся, что человек, которому мы жалуемся, скажет нам: «Все в порядке, наши переживания — просто часть обычной жизни». И мы ждем, что другой поделится с нами собственными страшными историями, и наши страдания померкнут на их фоне, и нам станет намного лучше.

А теперь вернемся к твоей подруге и спросим, зачем она жалова­лась? Если она хотела возобновить отношения, поделившись своими печалями, возможно, тебе тоже нужно было потворствовать ее усили­ям, чтобы укрепить вашу дружбу. Наверное, тебе следовало заверить ее, что ваши отношения крепки и не нуждаются в дополнительных подпорках. С другой стороны, если твоя подруга пыталась получить эмоциональную поддержку, тебе стоило сказать что-­нибудь вроде: «Ты думаешь, что твой муж зануда? Давай я расскажу тебе о своем». Таким образом ты бы заверила подругу, что ее семейная жизнь гораз­до ближе к норме, чем она думала.

Так или иначе, жалобы бывают по-­настоящему полезными. И в следующий раз, когда подруга начнет жаловаться тебе на жизнь, выясни, какая причина за этим стоит, и постарайся учитывать ее.

О ночной жизни

Иллюстрация из книги

Дорогой Дэн, мы с мужем бездетны. Мы жили в одном доме и в одном и том же городе семнадцать лет. Каждый день мой муж приходит домой и говорит: «Чем мы займемся сегодня вечером?» На сегодняшний день мы уже посетили все рестораны в радиусе пяти миль, мы бывали там так часто, что знаем их меню почти наизусть. Никто из нас не любит ходить по магазинам или смотреть фильмы в кинотеатре. Его хобби — авиация, а я терпеть не могу летать. У меня надомная работа, и я была бы рада время от времени выходить куда-нибудь в свет по вечерам, но обычно все заканчивается тем, что мы остаемся и смотрим телевизор. И нам даже не нравится телевизор! Не могли бы вы пролить свет на нашу проблему и посоветовать, как нам ее решить?

Шарлин

Главное испытание, с которым вы столкнулись, экономисты называ­ют «проблемой координации». Каждый вечер вы с мужем пытаетесь найти такое занятие, которое устроило бы обоих и доставило бы вам удовольствие. Это нелегкая задача, когда ваши представления об иде­альном развлечении не совпадают. К тому же у вас есть сносный вы­ход из положения — просто посмотреть телевизор. Этому выбору ни­кто из вас не рад, но он прост и снимает проблему координации.

Один из способов решить вашу головоломку — сделать из обоюд­ной проблемы координации последовательную. Для этого вам нуж­но заранее разработать план, при котором в каждый отдельный ве­чер только один из вас будет счастлив, а в долгосрочной перспективе позволит вам заниматься общим делом, приносящим каждому удо­вольствие.

Вот несколько практических советов для последователь­ной координации: используя карточки, запишите несколько заня­тий, на которые вы хотели бы потратить вечер, и попросите вашего мужа сделать то же самое на таком же количестве карточек. Смешай­те все карточки и каждый вечер, обсуждая, чем заняться, вытаски­вайте по одной карточке. Вы должны заранее договориться, что вы обязательно проведете вечер именно так, как написано на карточке.

Вы обнаружите, что эта тактика сделает очень счастливым того, чье предложение было написано на карточке. Но в итоге вы оба будете получать больше удовольствия от жизни. В конце концов, лучше ра­доваться пару раз в неделю, чем постоянно скучать вечерами.

И последнее предложение: добавьте к карточкам немного сумасбродных желаний: пение, поэзия, керамика, благотворительность, пляски — занятия, в которых вы себя еще не проявляли и не знаете, что из этого получится. Некоторые из вечеров, вероятно, окажутся не­приятными, но познавательными. Вы узнаете, как сильно вы ненави­дите какие­-то вещи. Но определенно будут и вечера, когда вы с удив­лением обнаружите, что существуют новые занятия, приносящие обоим истинное наслаждение.

О памяти

Иллюстрация из книги

Дорогой Дэн, как вернуть радость жизни? Каждый год мне кажется, что время бежит быстрее, месяцы идут один за другим, а годы уходят. Есть ли тому причина или в детстве нам только казалось, что время тянется медленнее?

Гэл

Время действительно бежит, или, скажем аккуратнее, кажется, что бежит быстрее по мере нашего взросления. В первые несколько лет жизни все наши ощущения полны новизны, а опыт уникален. Они оставляют заметный след и прочно закрепляются в нашей памяти.

Но с годами мы все меньше и меньше сталкиваемся с новыми пере­живаниями. Во-первых, потому что к моменту достижения зрелости мы уже много знаем и многое видели. Кроме того, по другой, не столь радужной причине мы становимся рабами повседневной рутины и все меньше и меньше склонны к новизне.

Если ты хочешь проверить, что происходит с твоим ощущением времени, просто попробуй вспомнить, что случалось с тобой каждый день в течение последней недели. Скорее всего, ничего экстраорди­нарного, так что тебе будет нелегко воссоздать в деталях, что ты дела­ла в понедельник, во вторник, в среду и т. д.

А память очень важна для ощущения радости и благополучия. Так что же можно сделать с этой тревожной тенденцией? Вероятно, нам нужны дополнительные стимулы, которые будут подстегивать нас приобретать новые впечатления, совершать что­-то, чего мы никогда не делали, пробовать новые блюда, посещать неизвестные места. Та­кие стимулы оживляют нашу жизнь, замедляют бег времени и дела­ют нас счастливее. Так что попробуй для начала совершать что­-нибудь новое хотя бы раз в неделю.

О диете

Иллюстрация из книги

Дорогой Дэн, наверное, это распространенная проблема, поскольку каждый человек хоть когда-нибудь да сидел на диете . Мой вопрос: почему сиюминутное удовольствие, которое мы получаем от еды, перевешивает долговременные преимущества? И как можно укротить наше влечение к еде и перееданию?

Дафна

Как ты правильно отметила, диета противоречит присущей нам при­роде. Так часто бывает, когда у нас имеются фантастические пред­ставления о себе в будущем. Что мы будем делать, чего не будем, ка­кие решения будем принимать, а какие нет. Но когда речь идет о наших повседневных альтернативах, нередко сиюминутные дово­ды перевешивают долгосрочные аргументы, и тогда наши мечты пересаживаются на заднее сиденье машины.

Когда мы не голодны и кто-­то спрашивает нас, сколько сладкого мы намерены съесть в следующем месяце, нам кажется, что мы ограничимся одним­-двумя десертами. Тем не менее, когда мы сидим в ресторане и видим любимое блюдо в меню или оказываемся перед блюдом с пирожными, у нас возникают совсем другие соображения о важности получения десерта прямо здесь и сейчас. Глядя на трой­ную порцию шоколадного торта, мы меняем наши приоритеты. В поведенческой экономике это называется смещением фокуса к настоя­щему.

Кроме того, соблюдать диету действительно трудно, гораздо труд­нее, чем бросить курить. Почему? Потому что мы либо курильщи­ки, либо нет. А вот с диетой иначе — мы не можем выбирать себе роль едоков или не­едоков. Мы должны есть, а потому вопрос ста­вится по­-другому: что мы едим и когда именно пора остановиться? И поскольку на этот счет не существует четких правил, нам особенно трудно соблюдать диету.

Так как же нам быть с этой проблемой? Простейшим решением будет осознать масштаб испытания и с самого начала постараться из­бегать встреч с недиетической едой. Если в нашем доме нет торта, то, вероятнее всего, мы станем есть его реже. И если мы заменим торт сладким перцем, мы будем есть сладкий перец, потому что он досту­пен.

Мы можем решить, что сладкое неприемлемо для нас. Или по­зволим себе сладкое только в шабат. Еще одно полезное и относитель­но простое правило — не допускать наличия в доме никаких сладких напитков и готовых закусок. Подобное введение строгих, почти рели­гиозных правил соблюдения диеты бывает очень полезным. Усвоив их, мы сумеем в любой момент легко определять, следуем ли мы сво­им долгосрочным планам или нет, и это будет способствовать наше­му благоразумному поведению.

О самом жизнеутверждающем дне в году

Дорогой Дэн, ты веришь в новогодние обещания?

Дженет

Да, и даже очень. Каждый год в течение недели: дней за пять до конца года и дня два после Нового года.

Больше интересных вопросов и ответов — в книге «Исчезающие носки, новогодние обещания и еще 97 загадок бытия».

Источник ➝

Штурм как по учебнику. Взятие Кенигсберга

Штурм города-крепости Кенигсберга, который начался 6 апреля и закончился 9-го принятием советских условий капитуляции гарнизона и приказом коменданта о прекращении огня, вошел в историю советской науки побеждать как пример идеальной штурмовой операции.

Незадолго до начала операции оборонявшиеся еще воодушевляли себя лозунгами о том, что «слабая советская крепость Севастополь сопротивлялась 250 дней, а Кенигсберг не сдастся никогда», на что советские пропагандисты ответили: «Мы защищали Севастополь 250 дней, а освободили за четыре дня».

Второе оказалось справедливее: штурм города-крепости продолжался всего 81 час, а число погибших советских солдат и офицеров оказалось удивительно небольшим для такой сложной операции – 3506 человек. Вековая крепость

Город-крепость

Кенигсберг складывался на протяжении многих веков, а последнюю серьезную реконструкцию пережил в XIX веке, когда сформировалось кольцо из 15 фортов (так называемая «Ночная перина Кенигсберга») и второй оборонительный обвод, включавший оборонительные башни и бастионы. После того как советские войска вошли в Восточную Пруссию, в состав «Ночной перины» включили земляные укрепления: до шести линий траншей, усиленных ДОТами, прикрытых надолбами и колючей проволокой. В самом же городе в своего рода крепость был превращен каждый сохранившийся к тому времени дом, улицы были перекрыты баррикадами, а в центре оборона опиралась на крепостные сооружения трехвековой давности, обновленные и насыщенные оружием. Непосредственную оборону города держали свыше 52 тысяч человек в составе строевых частей и еще как минимум столько же нестроевых, включая фольксштурмистов. По разным данным, суммарная численность немецких войск в Кенигсберге достигала 100-130 тысяч человек при четырех с лишним тысячах орудий и минометов, сотне с небольшим танков и 170 самолетах. Стоит заметить, что первоначальные данные советской разведки оказались неточны: она сообщала, что обороняются порядка 60 тысяч немцев, и именно из такого расчета были собраны силы 3-го Белорусского фронта, которые участвовали в штурме города.

Позиция немецкого орудия на подступах к Кенигсбергу. Надпись над амбразурой гласит: «Мы отстоим Кенигсберг». Март 1945 года

Под ударами с земли и с неба

Численность советских войск составляла, по уточненным архивным данным, 106 600 человек — то есть людские силы были равны. Но у Красной Армии имелось заметное преимущество в артиллерии (5200 стволов) и авиации (свыше 2100 самолетов), на которые возлагались особые задачи. Им предстояло до начала штурма нанести как можно больший урон крепостным сооружениям Кенигсберга и хотя бы отчасти расчистить дорогу пехоте и бронетехнике. К городу-крепости были стянуты не только все наличные артиллерийские силы участвовавших в операции трех армий — 11-й гвардейской, 39-й, 43-й и 50-й, но и приданные силы. Они состояли из четырех артиллерийских дивизий прорыва (1400 стволов в общей сложности), двух дивизий гвардейских минометов «Катюша», а также артиллерии большой мощности — калибром от 203 до 305 мм. Со 2 апреля вся эта сила вела методичный обстрел немецких укреплений, пробивая метровые кирпичные своды и стены и выводя из строя технику и людей, а 3 апреля к ней подключилась и авиация — сотни пикирующих бомбардировщиков и штурмовиков. Но самый массированный удар был нанесен утром 6 апреля: артподготовка продолжалась около четырех часов, что превратило оборонительные позиции немцев в море огня, и только после этого в дело вступили советские штурмовые группы.

Артиллеристы подвозят снаряды к 203-миллиметровому орудию большой мощности Б-4 на подступах к Кенигсбергу, апрель 1945 года

Сталинградский опыт

Тратить жизни советских солдат в лобовых атаках хорошо укрепленных фортов, пусть и потрепанных артиллерией и авиацией, командующий 3-м Белорусским фронтом маршал Советского Союза Александр Василевский совершенно не собирался. Он решил использовать тактику штурмовых групп, опробованную в Сталинграде и с тех пор не раз доказавшую свою эффективность. Назначенные в них бойцы тренировались на специальных полигонах, перенимая опыт у товарищей, воевавших в Сталинграде и освобождавших Севастополь, а офицеры — не подробнейшем макете Кенигсберга. В дивизиях, непосредственно наступавших на город, сформировали 26 штурмовых отрядов и 104 штурмовые группы, различавшиеся по составу в зависимости от задач, которые им предстояло решать. Были атакующие отряды и группы, в которые входили почти исключительно пехотинцы с ручным и тяжелым стрелковым вооружением, группы закрепления, усиленные станковыми пулеметами и артиллерией, огневые, в которые входили артиллерия, минометы, танки и самоходки, и резервные, которые состояли из стрелков, пулеметчиков и артиллеристов. Но почти каждую группу непременно сопровождали саперы, на долю которых выпала непростая задача – пробивать взрывами стены укреплений. В частности, именно такая саперная группа под командованием лейтенанта Ивана Сидорова сумела собрать мощную мину, буквально развалившую одну из стен форта №5, убив семь с лишним десятков немцев и открыв дорогу товарищам по штурмовому отряду.

Бойцы штурмовой группы при поддержке расчета 57-мм противотанкового орудия ЗиС-2 ведут уличные бои в Кенигсберге

Медаль за город Кенигсберг

Кенигсберг стал единственным городом за пределами Советского Союза, который не был столицей того или иного государства, но в честь взятия которого была выпущена отдельная медаль — «За взятие Кенигсберга». Собственно штурм продолжался с 6 по 9 апреля, но награждали уникальной медалью всех участников боевых действий в Восточной Пруссии с 23 января по 10 апреля 1945 года, то есть с момента, когда советские войска достигли побережья Балтийского моря и отсекли восточно-прусскую группировку немцев от остальных сил Германии, и до того дня, как в Кенигсберге прозвучал последний выстрел. Однако сама награда была учреждена уже после Победы, 9 июня 1945 года, и все награждения ею производились уже в послевоенное время. По состоянию на 1962 год число награжденных составляло порядка 739 000 человек, а общее (по данным на 1987 год) — около 760 тысяч. Примечательно, что для получения этой награды необходимо было представить документы, подтверждающие, что тот или иной военнослужащий или отставник действительно принимал участие в операции по окружению и штурму города-крепости.

Медаль «За взятие Кенигсберга» — единственная награда за взятие или освобождение европейского города, не являющегося столицей

Памятник 1200 гвардейцам

Расположенный на Гвардейском проспекте в Калининграде мемориальный комплекс, в который входят мемориал, братская могила и памятник погибшим при штурме Кенигсберга воинам 11-й гвардейской армии, считается первым подобным мемориалом в истории СССР. Приказ о его возведении командующий армией гвардии генерал-полковник Кузьма Галицкий отдал 8 мая 1945 года — через месяц после штурма и всего за день до Дня Победы, торжественное открытие состоялось 30 сентября того же года. Хотя называется он «Памятником 1200 гвардейцев», в действительности в братской могиле, которая является частью комплекса, покоятся останки гораздо большего числа советских воинов.

Захоронения и перезахоронения здесь продолжались и в послевоенные годы. Всего же безвозвратные потери советских войск в ходе штурма Кенигсберга составили 3506 человек убитыми и 215 пропавшими без вести, а за всю Восточно-Прусскую операцию Красная Армия потеряла свыше 126 тысяч человек. Германии эти бои обошлись еще дороже: только в городе-крепости немцы потеряли убитыми не меньше 42 тысяч солдат и офицеров и еще как минимум 90 тысяч пленными (данные до сих пор считаются неполными).

Антон ТРОФИМОВ. История.РФ.

Картина дня

))}
Loading...
наверх