Последние комментарии

  • Sem17 июня, 23:08
    Фрицы заняли Польшу за 36 дней, Францию за 46, дом Павлова оборонялся 58. Дуда это знает? Или это незначительные цифр...Анджей Дуда умудрился оскорбить нас. Поляки, оказывается, "более храбрые", чем русские
  • konstantinos параскевопулос17 июня, 23:06
    Русские не умеют лизать жопу,как это делает Дуда.Он так вылизывал у Трампа,что у того она блестит Так что не обижайте...Анджей Дуда умудрился оскорбить нас. Поляки, оказывается, "более храбрые", чем русские
  • Александр17 июня, 22:46
    Напоминает =...бежали ХРАБРЫЕ грузины...== ...))) Лермонтов. ДЕМОН. Стих ХIАнджей Дуда умудрился оскорбить нас. Поляки, оказывается, "более храбрые", чем русские

Отряд сестер милосердия. По страницам старых газет

Летом и осенью 1877 года в «Уфимских губернских ведомостях» почти в каждом номере публиковались материалы, освещавшие события Русско-турецкой войны.

Так, 10 ноября была напечатана телеграмма. «В направлении к Оркание три гвардейских эскадрона с двумя орудиями имели жаркое кавалерийское дело с двумя турецкими баталионами и 400 черкесами.

Одно наше орудие было сброшено в пропасть, на другом изрублены все защитники, - захвачено черкесами. Потеря убитыми - 3 офицера, 43 нижних чина; ранено 7 офицеров, 24 нижних чина и два безвестно пропали».

Долго пыталась я найти сведения, что такое Оркание и где оно. Все время попадалась информация о турецком форте на азиатском берегу Дарданелл. Явное не то. Наконец нашла. Это небольшое селение (ныне Ботевград) в ста километрах от Плевны, через которое шло снабжение осажденных османских войск. Вот почему было важно отрезать дорогу. Но кавалерийская атака закончилась неудачей. Убитых похоронили местные жители, раненых перевезли в лазарет.

По всей России шел сбор пожертвований, денежных и вещевых, кто чем мог помочь армии. Наша газета писала:«Епархиальные сообщения. Список, которым доверено Уфимским дамским комитетом Общества попечения о раненых и больных проведение сбора в Градо-Уфимских церквах пожертвований в пользу раненых и больных воинов. В Александровской церкви - г-жи Волкова и Нагаткина, Троицкой - г-жи Каменская и Палатина, Спасской - г-жи Панова и Короткова, Ильинской - г-жа Рязанцева, Успенской - г-жа Баранцева, Женском Монастыре - г-жи Одинцова и Стеллих, Соборе - г-жи Бестужева и Штанге, Сергиевской - г-жа Липницкая».

Фамилии все известные. Но было много скромных вспомоществований от простых жителей: «Хроника Народной помощи в Уфимской губернии. Доставлено Настоятелем Успенской церкви Константиновским от землемера Брижицкаго чаю 1 ф. и табаку 4 ф.; мещанки Корнауховой - полушубок. Передано купцом Бисяриным 6 полушубков; жителями Емашевской волости - холста 77 ½ аршин, нижняго белья 1 шт., ниток 40 пасем, носков 1 пара и варег 1 пара же».

В масштабах России сбором пожертвований занимались члены августейшей фамилии, не забывая выказывать глубокую благодарность: «Государыня Великая Княгиня Цесаревна, получив доставленныя чрез посредство Левшиной пожертвования жителей Уфы для Рущукскаго отряда, изволила повелеть выразить ей и всем жертвователям сердечную признательность за щедрыя приношения и уведомить, по осмотре всех вещей и убедившись в несомненной пользе, которую оне должны принести войскам ввереннаго Государю Наследнику Цесаревичу отряда, приказала оныя немедленно отправить по назначению».

Были такие женщины, которые, не удовольствовавшись пассивной помощью, не испугавшись трудностей, уехали к месту военных действий. Уже через два месяца после начала войны из Уфы в Болгарию отправился санитарный отряд, снабженный всем необходимым вплоть до костылей. Большую его часть составляли сестры милосердия, среди них была, к примеру, девица Дашкова, дочь управляющего Благовещенским заводом. Кто-то изучал сестринское дело при женском монастыре, другие осваивали его премудрости на передовой.

Были устроены проводы с торжественным молебном и освящением палаток. «Отъезд отряда к месту назначения состоялся в субботу, 16 числа. Публика на проводы явилась в таком громадном количестве, что на пристани, как говорится, негде было упасть яблоку. К 6-ти часам пароход, с развевающимся флагом с красным крестом, был уже готов к отплытию; сестры милосердия, получив на-путственное благословение Преосвященнаго, в присутствии членов общества Краснаго Креста и влиятельнейших лиц города, прощались со своими родными и знакомыми. В последния минуты разставанья как-то невольно взгрустнулось не только отъезжающим, но даже и публике; у многих на глазах виднелись слезы», - сообщал в «Уфимских губернских ведомостях» очевидец события, член губернского Статического комитета Михаил Владимирович Лоссиевский.

В сентябре был организован и отправлен из Уфы выдвижной госпиталь. От Красного Креста им заведовал земский деятель в чине коллежского асессора Николай Александрович Заварицкий. В газете был опубликован его отчет о деятельности госпиталя. «В течение первого месяца, с 8-го сентября, поступило на излечение 114 человек, из них 61 раненый и 53 больных. Из первых: 34 ранены под Плевной 19 и 30 августа; 15 под Шипкой 12 и 26 августа и 5 сентября; 3 при взятии Ловча 22 августа; 2 близ Церковной 9 сентября; 7 в отдельных битвах при Енизагре, Разграде и Рущуке в июле и августе месяцах. Все, за исключением двух контуженных гранатою, ранены пулями».

В письме уфимскому знакомцу Эверсману, выдержки из которого тоже нашли себе место на страницах газеты, рассказывались подробности госпитальной жизни. «Бывают дни, когда нервы испытывают особенно сильное напряжение. Так, сегодня одному из раненых под Шипкой 11 августа отняли правую руку в плечевом суставе; Иван Михайлов Кузнецов, молодой солдат из Тамбовской губернии, красавец, грамотный, сделался теперь калекой на всю жизнь. Это вторая операция в нашем госпитале; первая была сделана 21 сентября раненому под Ловчей, у которого пуля прошла через верхнюю часть груди навылет. С редким терпением выносил Савельев страдания и, просыпаясь иногда во время хлороформирования, повторял только: «Не мучьте меня».

Трудная операция перевязки артерии была удачна, но все-таки Савельев умер. До последней минуты он был в сознании, когда даже распространившееся гнилостное заражение крови у него вынудило вынести из дому его кровать в сад, на то место, откуда, по его просьбе, он мог видеть поля и вдали деревню. К ночи его перенесли в отдельную маленькую палатку, где он прожил еще сутки. В часовенке (нашей холщовой палатке) положили тело на носилки и покрыли покрывалом с крестами по сторонам. Брат милосердия Голубев читал псалтирь над покойным. 1-го октября, после панихиды, на которой были врачи, сестры милосердия, несколько санитаров, многие из выздоровевших раненых и соседние крестьяне, закопали первую могилу в нашем саду и поставили деревянный крест».

Заварицкий вернулся с войны с женой Ириной Ильиничной, сестрой милосердия. Дом их на улице Ленина, 48, напротив гостиницы «Башкирия» был снесен в конце 1970-х при строительстве Дворца культуры нефтяников. Сейчас там газон. В Охлебинино у них было имение, сохранились кое-какие хозяйственные постройки и тополевая аллея. Барский дом был раскатан на бревна, в соседних Мончазах из них сложена школа. Свято-Троицкая церковь, построенная в селе в 1826 году, сейчас является действующей.

Анна МАСЛОВА. "Уфимские ведомости".

Популярное

))}
Loading...
наверх