Любители модернизации забыли, на чьи деньги они живут

Сытый голодного не разумеет (русская пословица)

Ситуация с неясностью в вопросе обнуления экспортных пошлин для месторождений Восточной Сибири, которая вчера драматическим образом ударила по капитализации Роснефти, и, видимо, с высокой вероятностью разрешится для нефтяников благополучно, выглядит как обычный экономический спор лишь на первый взгляд. Многие мои друзья в свое время женились на юных красавицах из российской провинции, обычно центральной России, и, соответственно, обеспечили им абсолютно иной финансовый и материальный статус, да и просто качество жизни. Сначала дамы были в восторге, однако, спустя несколько лет попытались полностью консолидировать в своих руках денежные потоки и принятие решений по ключевым жизненным вопросам. Данная ситуация возникает примерно раз в полгода и традиционно заканчивается жестким разговором на тему, кто платит, тот и заказывает музыку, т.е. прежде чем предъявлять претензии, стоит подумать, на чьи деньги ты живешь. Аналогичная ситуация теперь воспроизводится на российском макро уровне.

И что бы ее понять, стоит разобраться, так сказать, с финансовой стороной вопроса. А она выглядит следующим образом: ни один сектор экономики России, в том числе сектор высоких технологий, никогда не сможет обеспечить сопоставимый с нефтегазовым комплексом уровень доходов. Развитие высоких технологий фактически имеет перед собой две очень очень важные цели – сохранить на приемлемом уровне российский ВПК, который по-прежнему находится на 2-3 месте в мире и от которого зависит безопасность страны, и обеспечить новое качество жизни и интеллектуальный уровень россиян, последний в некоторых вопросах в 90-е годы опустился до уровня ниже плинтуса. При этом, многие чиновники и малограмотные экономисты, которые требуют бросить все силы на развитие сектора высоких технологий, имеют своей целью просто попиариться на фоне модной темы или попилить государственные деньги.

Тот, кто знаком с экономикой нефтегазовых компаний, знает, что это достаточно умный бизнес, в сырьевую отсталость современной нефтегазовой промышленность и российской экономики в целом могут верить лишь дремучие старушки, которые собираются на митингах коммунистов и других левых организаций. Пускай с опозданием, Россия начала освоение Восточной Сибири и диверсификацию энергетических поставок за счет выхода на азиатский рынок. В прошлом году состоялись знаковые события – старт Ванкора и ВСТО. Добыча на месторождениях Западной Сибири не вечна, это пока тюменская губерния кормит всю страну, однако, от разработки восточносибирских месторождений зависит будущий уровень доходов россиян. При этом освоение столь огромной территории и сырьевой базы является очень трудной задачей, которая требует значительных усилий, времени и инвестиций. Затраты Роснефти на реализацию Ванкорского проекта уже превышают 9 млрд. долл., что превышает 10% текущей рыночной капитализации компании.

Доходы бюджета, конечно, более важная тема, без нефтегазового сектора Россия была бы почти Молдавией или Таджикистаном. Можно сказать, что фактическая национализация доходов от нефтяного экспорта через систему НДПИ + экспортные пошлины в середине нулевых годов была частично вынужденной мерой, которая позволила обеспечить восстановление российской государственности необходимыми финансовыми ресурсами и сформировать сыгравший значительную, если не решающую, роль в кризис стаб. фонд. Роль Алексея Кудрина в этом вопросе лишь предстоит оценить потомкам. Однако, в итоге российские власти поняли, что если слишком долго учить лошадь голодать, то она в итоге сдохнет. С 1 января 2009 года налоговый режим для нефтяных компаний был смягчен. Более того, правительство фактически поддержало нефтяников-экспортеров, проведя в кризис девальвацию рубля. Сейчас, когда цены на нефть держатся на комфортном уровне, серьезных проблем с доходами бюджета нет. Резервы Банка России с высокой вероятностью по итогам года составят 500 млрд. долл. Однако, если лишить нефтяные компании, прежде всего Роснефть, инвестиционных ресурсов для освоения Восточной Сибири или постоянно сохранять угрозу изменения налоговых правил игры, то проблемы с доходами бюджета могут появиться в будущем. Стоит повториться - нефть Западной Сибири не вечна.

В заключение, следует напомнить, что российское правительство имеет контрольный пакет акций в Газпроме, который владеет более 95% в Газпром нефти, а значит 49.5% в Славнефти, а также правительству принадлежит более 75% в Роснефти, но фактически больше, т.к. 9.44% акций Роснефти являются казначейскими. Соответственно, выводить нефтегазовые доходы в бюджет можно через дивидендные выплаты, хотя конечно в этом случае немного придется поделиться с фондовым рынком, в том числе с рядовыми россиянами, которые приобрели акции Роснефти на народном IPO в 2006 году и которое фактически забило последний гвоздь в гроб Юкоса, который был и остается более, чем принципиальным вопросом для российских властей. Дивиденды Газпрома за 2009 год, а значит и поступления от концерна в бюджет останутся на мизерном уровне, но это мало заботит российские власти. Роснефть и ЛУКОЙЛ увеличили размер дивидендов даже за кризисный 2008 год и собираются снова это сделать за 2009 год. Слова о корпоративном управлении на уровне мировых стандартов остаются очень часто просто словами. Более эффективно работать с базой потенциальных доходов и снижать коррупционную составляющую в расходах конечно намного сложней, чем стричь купоны с акционерных нефтяных компаний.

Автомобильный магнат, "отец" заводского конвейера Генри Форд обогатил деловой мир крылатой фразой: "То, что хорошо для Форда, хорошо и для Америки!". Может модернизацию разрухи в головах стоит начать с принятия аксиомы - то, что хорошо для Роснефти или Сургута, хорошо и для России.