Аркадий Шипунов: «Достичь и превзойти»

Аркадий Шипунов: «Достичь и превзойти»

Сегодня исполняется 92 года со дня рождения выдающегося оружейника Аркадия Шипунова. Его судьбу как одного из талантливейших конструкторов определило военное детство. Это было его юношеской мечтой – создать идеальное оружие, способное отразить любое нападение и победить врага. Мечта сбылась. Под руководством Аркадия Шипунова изобретено более 70 образцов вооружения. Он разрабатывал новые системы, опережающие свое время, – высокоточное управляемое оружие.

Известное во всем мире тульское Конструкторское бюро приборостроения, которое Шипунов возглавлял на протяжении 45 лет, сегодня развивает идеи конструктора и продолжает вносить свой вклад в обороноспособность страны.

КБП входит в холдинг «Высокоточные комплексы» Госкорпорации Ростех. 
 

«Мне нравится время, которое прожил»

Аркадий Георгиевич Шипунов родился 7 ноября 1927 года в городе Ливны Орловской области. Подростком во время Великой Отечественной войны он с семьей попадал под налеты немецкой авиации и тогда понял, что хочет создавать оружие, которое не позволит врагу летать над родной землей. 

После окончания школы в 1944 году Аркадий поступает без экзаменов с отличным аттестатом на машиностроительный факультет Тульского механического института на специальность «Стрелковые и артиллерийские системы и установки». Как вспоминает сам конструктор, «я родился в 1927 году, и нас, призывников этого года, должны были направить в действующую армию, на фронт. Я уже прошел все комиссии, и мне объявили: поеду в артиллерийское училище, что меня устраивало, ибо я это дело понимал и любил. Но нас не призывают и не призывают. Двадцать седьмой год так и не был призван — окончилась война». Послевоенные студенческие годы, по воспоминаниям Шипунова, были непростыми и голодными, но он жадно впитывал новые знания. 

original.jpgВ 1950 году Аркадий оканчивает с отличием институт и по распределению попадает в НИИ-61 (будущий ЦНИИ «Точмаш») в подмосковном Подольске. Шипунов становится инженером конструкторского бюро, которое в то время занималось авиационными пушками. За 11 лет, проведенные в стенах НИИ, Аркадий Георгиевич дослужился до заместителя главного инженера. Здесь же он впервые встретился с конструктором Василием Грязевым, дружба и рабочие отношения с которым завяжутся на всю жизнь. В НИИ-61 сформировался системный подход Шипунова к работе, раскрылись не только его научные, но и организаторские таланты.

В этот период в НИИ-61 тандем Грязева-Шипунова закладывает научную основу для целого направления скорострельных автоматических пушек. Здесь конструкторы создают свои первые пушки, которые принципиально отличались от всех предыдущих. Разработанный Шипуновым и реализованный Грязевым принцип безударного досылания стал исходным положением для всех дальнейших работ по скорострельным пушкам. Именно в НИИ-61 конструкторы создали свое первое прорывное орудие – высокоскорострельную пушку ГШ-23.  

«Мы оказались той фирмой, которая по приказу страны превзошла всех»

В 1962 году Аркадий Георгиевич назначается главным конструктором тульского ЦКБ-14 (с 1966 г. − Конструкторское бюро приборостроения). Грязев остается в Подольске, и несколько лет тандем работает удаленно. В 1965 году на вооружение принимается первая скорострельная авиационная пушка под индексом «ГШ» (Грязев-Шипунов), а в 1966 году Грязев переезжает в Тулу и становится заместителем Шипунова и главным конструктором КБ приборостроения по стрелково-пушечному вооружению.

Шипунов и Грязев.jpg
Грязев и Шипунов

Аркадий Георгиевич не боялся отстаивать свои взгляды перед высоким начальством. В начале 1960-х годов правительство решило сделать упор на развитии ракетного вооружения в ущерб пушечному. В 1964 году после командировки в охваченный войной Вьетнам Шипунов выступил с докладом перед секретарем ЦК КПСС Дмитрием Устиновым. Конструктор смог убедить руководство страны в перспективности пушечного направления, которое находилось под угрозой закрытия. Таким образом Шипунов обеспечил работой вверенное ему КБ и в будущем вывел его в лидеры отрасли.   

В течение 45 лет Аркадий Георгиевич стоял во главе Конструкторского бюро приборостроения. При его участии был создан целый ряд артиллерийского и стрелкового оружия. Кроме уже упомянутой авиационной пушки ГШ-23, которой вооружалась практически вся советская авиация, это были пушки 2А42 для БМП, вертолетов и бронекатеров, пушки ГШ-6-23, ГШ-30-1, ГШ-30-2, ГШ-6-30. Как говорил сам Шипунов, «если вы увидите где-то пушку: на БМП или на вертолете, на самолете, не задавайте дурацкого вопроса: чья она? Она разработана тульским КБ приборостроения».
 

«Я уверен: гонку в стрелковом и артиллерийском вооружении мы не проиграли»

Не только скорострельные пушки был в арсенале работ КБП. В 1960-1970-е годы коллектив Шипунова уделил внимание и управляемым ракетным противотанковым комплексам. Переход от артиллерии к ракетам был непростым – работы над первым ПТРК под названием «Овод» были неудачными. Аркадий Шипунов сделал выводы, и следующий опыт был гораздо более успешным. ПТРК второго поколения «Фагот» был принят на вооружение в 1970 году и до сих пор используется армиями некоторых стран. Управление ракетой «Фагота» было полуавтоматическим – оператору достаточно было навести и удерживать визир на цели, а дальше автоматика сама направляла снаряд.

Фагот___Контрольная_проверка_кур.jpg
ПТРК «Фагот»

Нужно сказать, что в условиях холодной войны и гонки вооружений в 1960-1970-е годы работать Шипунову и его коллегам приходилось практически без выходных и отпусков. Руководство страны ставило глобальные задачи, решать которые приходилось с теми знаниями, материалами и оборудованием, которые имелись у СССР в отрыве от остального мира. При этом техника, которая получалась на выходе, по своим характеристикам превосходила и до сих пор превосходит зарубежные аналоги.  

Развитием ракетного направления стали комплексы «Конкурс», «Метис», «Корнет», «Краснополь», «Китолов», «Тунгуска», «Каштан», которые создавались в сотрудничестве с другими предприятиями отечественного военпрома.
 

«Надо всегда смотреть вперед, видеть не сегодняшний день, а перспективу»

В 1990-е Аркадий Георгиевич с коллегами оказались перед непростой задачей – создать оружие нового уровня для противовоздушной обороны страны. Так появилась идея зенитного ракетно-пушечного комплекса малого радиуса действия «Панцирь-С1», который разрабатывался по результатам анализа боевых конфликтов того времени и последних тенденций в развитии высокоточного вооружения. Первый образец нового ЗРПК появился в 1994 году, но военных он не устроил, и проект положили на полку.   

dcab2b7dce2d33c0924c7b806f7daef0.jpg

Благодаря усилиям Шипунова «Панцирем» удалось заинтересовать Объединенные Арабские Эмираты и получить от них финансирование, а правительство дало разрешение на экспорт. Этот проект влил новые силы не только в подопечное Аркадию Георгиевичу КБ, но и в другие смежные предприятия. КБП Шипунова вышло на мировой рынок, и это был беспрецедентный случай в истории России. На вооружение в России «Панцирь-С1» был принят в 2012 году, и, по оценкам специалистов, он останется лидером в своем классе на ближайшие 10-15 лет.   
 

«Беда, что проектов много»

 

До последнего дня Шипунов продолжал генерировать идеи, творчески переосмыслять созданное и предлагать коллективу новые направления. Одними из последних разработок ученого стали роботизированные системы с применением искусственного интеллекта. Здесь, как и во многом другом, конструктор опередил время, предсказав тенденцию появления умного оружия и гибридных войн. Системы управления огнем с элементами искусственного интеллекта, разработанные в КБП, использовались в вертолетах Ка-50 и Ка-52. 

b8f470a822c2892b299e144d61a4f1c2.jpg
Пистолет ГШ-18 

Другим интересным проектом, занимавшим умы Шипунова и Грязева в конце 1990-х годов, стал новый армейский пистолет, способный заменить устаревший пистолет Макарова. Модель ГШ-18 получилась компактной и очень легкой для своего класса (всего 450 грамм), а также с достаточно вместительным магазином. Кроме того, пистолет может храниться с патроном в патроннике, а значит использовать оружие можно практически мгновенно. С 2001 года ГШ-18 производится серийно, поставляется в спецподразделения и армию.

Конструкторский тандем двух оружейных гениев Грязева и Шипунова работал без малого 60 лет, до самой кончины Василия Петровича в 2008 году. Вместе они создали целостную, унифицированную систему стрелково-пушечного вооружения, внесли весомый вклад в развитие высокоточного оружия. Василий Петрович Грязев говорил: «Я верю в Шипунова. За что бы он ни взялся – всегда будет победа».  

До 2006 года Шипунов возглавлял КБП, а после до конца дней оставался его научным руководителем. Аркадий Георгиевич ушел из жизни в 2013 году. Символично, что он и КБП, которое сейчас носит его имя, были ровесниками. Итогом обширной деятельности Шипунова стали 740 изобретений, 120 образцов вооружения и 427 научных трудов. При жизни конструктор был отмечен государственными и международными званиями и наградами, его именем названы улица и школа в Туле, сквер в родных Ливнах, установлены памятники и памятные доски. 

Источник ➝

Светлана Алексиевич: белорусские партизаны были хуже гитлеровцев и полицаев

Белорусские полицаи, сотрудничавшие с фашистами, были обычными сельскими парнями, всю войну просидевшими в своих деревнях, зато партизаны – жестокими убийцами и насильниками. Об этом советская и белорусская писательница, лауреат Нобелевской премии Светлана Алексиевич рассказала в интервью либеральному изданию «Медуза», передает корреспондент «ПолитНавигатора».

«Я всю жизнь прожила в стране полицаев. А что такое Беларусь, по-вашему? Тысячи белорусов служили в полиции. Не надо думать, что у нас все уходили в партизаны и только отдельные предатели… Это ведь как происходило?

В село заходят немцы, забирают всех молодых ребят — и те становятся полицаями. К тому же дают им еду, хорошую одежду, а рядом мучаются голодные матери, братья, сестры… Эти деревенские полицаи сидели в своих местечках, как в крепости, лишь иногда выбирались, если случался подрыв [железнодорожного] полотна. Они не всегда выполняли карательную функцию. Хотя и такое было, конечно. Большое количество полицаев не были карателями», – уверяет Алексиевич.

При этом она осуждает своего героя, спасшегося от расстрела еврейского мальчика, который потом поджог семью полицая в собственном доме.

По ее словам, «при немцах у крестьян впервые в горшке появился кусок мяса, а при Сталине все забирали».

Что касается партизан, то они, утверждает писательница, были антисемитами ничуть не меньше нацистов и могли убить еврея просто за «хорошую курточку».

«Белорусы оказались единственной нацией, которая не смогла создать отряды, которые сами убивали своих евреев. Такого не было. Вот за мешок муки продать могли. Что там за мешок — за килограмм. В доме прячут девочку-еврейку, вся деревня молчит, а один гад доносит. И женщин сдавали, и детей, спасшихся от расстрелов», – рассказывает Алексиевич, не уточняя, кто сдавал.

Она также утверждает, что партизан, чьей славою сейчас гордится Белоруссия, местное население боялось больше, чем фашистов.

«Простые женщины легко рассказывали, что днем боялись немцев, а ночью — партизан. Партизаны-то еще и страшнее: немца можно уговорить, а партизана — никогда. Ведь кто такие партизаны? Они ведь далеко не сразу сложились в какое-то подобие военных отрядов. Поначалу это просто были полубандитские группы. Просто мужики с оружием, вот и все», – заявляет Алексиевич.

Елена Острякова. Политнавигатор.

От Финам.инфо: Надо же а я думал, что уже видел днище... А они все копают и копают. Говорить такое в Беларуси, где немцы вместе с зондеркомандами и полицаями сожгли или уничтожили 9200 населенных пунктов, а 5295 из них были уничтожены вместе со всем или с частью населения в ходе карательных операций... Это какой же надо быть... Нобелевской лауреаткой, чтобы вякать такое. Повторяю, в Беларуси, где война унесла каждого 4-го ее жителя.

Популярное в

))}
Loading...
наверх